alesya_yasnogorceva Автор Алеся Ясногорцева (alesya_yasnogorceva)

По призванию я — публицистка и журналистка. По убеждениям — коммунистка. По образованию — историк. Контактыliya.isaeva@bk.ru https://yvision.kz/u/alesya_yasnogorceva

Давно не виделись. Читатель, здравствуй.

Не удивляйся, что на этот раз

О некотором царстве-государстве,

Скрыв место действия, начну рассказ.

И время действия я тоже скрою,

Но ты поймёшь, что это наши дни.

Я изменяю имена героев,

Но знай, что не придуманы они.

Е. Долматовский

Весна в город пришла в конце февраля, но ещё в середине апреля по ночам были заморозки. Грязные лужи на давно растрескавшемся асфальте на окраинах города по ночам подмерзали, днём оттаивали. На дорогах лужи были покрыты радужной плёнкой от несгоревших капель бензина. Смотрелись эти плёнки как чахоточный румянец на лице.

Любава, пробираясь через грязь вспомнила рассказ из маминой «Мурзилки» Там говорилось, что весна приходит на поля в марте, на реки в апреле, а в леса – в мае. «А в мегаполисы – уже в феврале», — подумала Любава.

Войдя в вестибюль, Любава вырвала из тетради листок скомкала его и вытерла сапоги. К ней подошли Аня и Регина, и она, виновато улыбаясь, сказала:

— Вот, ноги по щиколотку вымазала.

— Ничего не поделаешь. Весна, — ответила Регина.

— Так ведь и в центре весна, а там столько грязи нет, — возразила Любава. – Значит, не только в весне дело?

— Конечно! В центре ведь чиновники живут и бизнесмены, — энергично вступила в разговор Аня. – Разве можно допустить, чтобы они жили в грязи!

Любава, Аня и Регина вошли в аудиторию. Преподавателя ещё не было, и студенты занимались кто приводил в порядок лекции, кто читал, кто разговаривал, а кто играл на сотовых телефонах.

Любава села сзади, положила на столе тетрадь с лекциями, и уже хотела раскрыть её, как к ней подошёл Дима и сказал:

— Любава, иди вперёд, сядь там. Здесь мы с Региной сядем.

Любава прошла вперёд и села рядом с Колей. Как только она раскрыла тетрадь с лекциями, вошла преподавательница.

С заднего стола на всю аудиторию слышались шептания, громкие поцелуи и даже вскрикивания. Лекторша и ухом не вела. Зато, когда Аня попросила у соседа ручку, преподавательница вызверилась: «Не шумите, вы мне мешаете! Ещё слово – и я вас из аудитории выгоню!» Аня замолкла на полуслове.

После лекции Аня подошла к Любаве и попросила:

— Дай мне, пожалуйста, переписать лекции, в моей ручке кончилась паста.

Обращаться со второй просьбой Аня постеснялась, но Любава и так помнила своё обещание. И, дав сокурснице лекции, Любава повела её в угол аудитории, где включила звуковоспроизведение на сотовом. Оттуда послышалась песня «Кузя Иванов» Прислушалась к песне и Регина, но ни Любава, ни Аня не обратили на это внимания.

На следующий день Любава, выйдя из института, заметила двух увязавшихся за ней парней с непроницаемо-тупыми лицами. Идти она решила по оживлённым местам, несмотря на то, что для этого надо было сделать крюк. «Хотя, если они оттуда, им и в оживлённом месте ничего не будет стоить меня схватить».

И только Любава успела так подумать, как оба парня подошли к ней, и один из них категорично сказал:

— Будет лучше, если ты пойдёшь с нами!

— А вы кто такие? – возмущённо спросила Любава, остановившись, как вкопанная.

Второй достал удостоверение сотрудника спецслужб и показал Любаве. Первый, нагло оскалившись, сказал:

— Ну, что, (он грязно выругался) убедилась, что мы имеем право задержать тебя? Выбирай, (он снова выругался) или ты пойдёшь сама, или мы поведём тебя в наручниках! – и он, злобно скривив лицо, достал наручники.

— Если ваши документы дают вам право задерживать людей, то это не значит, что они дают вам право их оскорблять, — спокойно сказала Любава.

Парни злобно посмотрели на Любаву. Она прошла с ними к машине и села в неё.

В здании, куда привезли Любаву, было роскошно. Кое в чём обстановка здесь была даже богаче, чем в том доме, куда Любава ходила как репетиторша. «Вот так, — подумала Любава, оглядываясь по сторонам, — на что идут народные деньги».

Сотрудник спецслужб уселся перед Любавой и монотонно сказал:

— До нас дошла информация, что вы распространяете песни, не только разжигающие социальную рознь, но и призывающие к насилию.

— Что вы имеете в виду? – сухо поинтересовалась Любава, силясь вспомнить, где, когда и кому она давала послушать «Проверки на дорогах»

— Вчера вы в аудитории вуза включали песню «Кузя Иванов».

Любава вспомнила, как прислушивалась к песне Регина, и всё поняла. И ещё поняла Любава, почему преподавательница, такая строгая к другим, смотрела сквозь пальцы на все проделки Регины.

— Ну и? Где там призыв к насилию? – спросила Любава.

Сотрудник включил звуковоспроизведение на своём смартфоне. Послышался отрывок из песни: «Но кто-то рельсы раскрутил, и старый паровоз скатился вместе с Ивановым под откос».

— Вот здесь – призыв к расправам над штрейкбрехерами, — сотрудник посмотрел на Любаву, как прокурор на подсудимого, вина которого безоговорочно доказана.

Любава рассмеялась:

— Да не о том же песня! Она о том, что рабочие бастовали, требуя навести порядок, чтобы рельсы на металлолом не растаскивали. А штрейкбрехер, помогая хозяевам, которым это безразлично, в результате получил аварию, против возможности которой боролись забастовщики.

— Не говори глупости! Так не бывает! – сотрудник грязно выругался и злобно посмотрел на Любаву.

— Ещё как бывает! – ещё спокойнее ответила Любава. – Я слежу за профсоюзными новостями и знаю, какие требования выдвигают современные забастовщики. Последите и вы.

«Ну ладно ещё Регина, — подумала Любава, — она тупая, кроме секса и тряпок ничего не понимает. Но они! Должны же хоть что-то соображать!»

Любава встала из-за стола, поправила скатерть. Сотрудник проследил за её руками. Внезапно он сказал:

— Вы должны дать расписку в том, что никому не скажете где вы были.

Любава расписалась, усмехнувшись про себя. Плевала она на эту расписку! Должны же знать е одногруппники, что при Регине не всё можно говорить.

Вышла Любава из здания и огляделась. Место ей было незнакомо. Любава посмотрела на часы. Скоро должно стемнеть. Дорога покроется гололёдом – а это так гадко!

Любава направилась к автобусной остановке. Спросила окружающих, какие автобусы здесь останавливаются. Услышав, что ни одного из тех, которые останавливаются возле её дома, Любава пошла к другой остановке. Там она выяснила, что останавливается автобус под номером 16, который идёт до её дома. Она осталась ждать. Вынув телефон, Любава позвонила матери и успокоила её.

Пока Любава ехала в автобусе, она прокручивала в памяти разговор с сотрудником спецслужб. «Неужели он в самом деле думает, что так не бывает? Хорошо, если так. Хорошо, что у нас такие глупые враги».

Теги

Похожие материалы

  • Навязанное счастье - хуже несчастья

    В далёком 1990 году пришла к нам анкета от газеты «Правда». Среди прочих был там вопрос: «Что бы вы пожелали своим детям? » На работе мы в меру бурно обсуждали и анкету в целом, и этот вопрос в частности. Одни говорили, что для них самое...

  • Кузнечик

    За скамейкой внезапно застрекотал кузнечик. Нелле показалось, что поёт он грустно, она быстро одёрнула себя, подумав: «Это всегда так – человек и в обществе-то, в других людях видит своё настроение, что уж говорить о природе. В её звуках мы слышим...

  • Песни для взрослых

    ПЕСНИ ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ Во дворе, за высоким забором с надписью, предупреждающей о том, что дом на сигнализации, остервенело залаял алабай. Лай был знаком Любаве, она знала, как эти хозяева воспитали свою собаку. «Надо же, — подумала она, нажимая на...

  • Нехорошие запахи

    В магазине канцтоваров покупателей не было. Продавщица дремала за прилавком, опустив голову на скрещённые руки. В глубине магазина виднелся неподвижный женский профиль. Любава вошла в магазин, чтобы купить ручку. Свою она забыла дома, в...

  • Предложение

    Небольшой июньский дождик прошёл совсем недавно, но асфальт успел высохнуть. Только в углублениях оставалась ещё вода, окаймлённая причудливыми пылевыми разводами. А деревья задумчиво шелестели посвежевшими листьями на слабом, влажноватом ветерке....